Cash Payday Loans Cash Payday Loans

Обзор из Регионов - Thursday, September 1, 2016 0:02 - 0 Comments

Грузино- и осетино-язычные школы в Южной Осетии

by

Алан Парастаев и Тамара Меаракишвили

Данная статья посвящена обзору современного состояния школьного преподавания на осетинском и грузинском языках в Южной Осетии.

Общяя картина

Несмотря на то, что осетины составляют «большинство» в Южной Осетии, проблему преподавания осетинского языка как предмета и на осетинском как языке преподавания других предметов, по глубине и запущенности, до сих пор можно рассматривать как проблему языка «меньшинства». По сравнению с грузинским, осетинский язык не является языком преподавания в школах Южной Осетии; на нем нет и телевизионных каналов и радиопередач. Проблема осетинского языка в сфере образования, в делопроизводстве, а также в литературе и искусстве рассматривается многими, как одна из самых острых проблем Южной Осетии и осетин в целом.

Сама идея борьбы за независимость, была рождена, в том числе, в результате обострения языкового вопроса. Первые волнения и митинги в 1989 начались после того как в ряд государственных учреждений Юго-Осетинской Автономной Республики[1] (в том числе и образовательные, такие как Педагогический Институт, научные институты и школы) были присланы печатные машинки с грузинским шрифтом, в то время как в осетинском языке использовалась кириллица. Большинство жителей Южной Осетии считают, что именно этот шаг руководства тогда еще Грузинской Советской Социалистической Республики (Грузинской ССР) во многом определил последующий ход развития грузино-осетинских отношений.

Содействие же в сохранении языка[2] в Южной Осетии могло бы положительно сказаться на этих отношениях, особенно поскольку предыдущие смены смены алфавита осетинского языка уже придавали проблеме еще большую остроту. Во время советской власти, южным осетинам как минимум[3] дважды меняли алфавит: вначале с латиницы на грузинскую письменность, а затем на кириллицу. По сути, дважды за один век население Южной Осетии становилось «безграмотным» и было вынуждено заново переучиваться. Для представителей старшего поколения эта задача была сложной, и зачастую им так и не удавалось переучиться.

По словам осетинского академика Нафи Джусойты, одного из сторонников преподавания всех школьных предметов на осетинском языке, есть две основополагающие категории в познании и владении языком – знание языка само по себе и чувство языка. Приводя примеры из своей аспирантской жизни, Джуссойты пишет, что он мог обыграть своих коллег по писательскому делу в знании редко используемых русских слов – неологизмов, профессионального жаргона и т д. При этом, Джуссойты писал прозу и поэзию на осетинском языке, считая, что кроме смыслового значения слова, важно знать, а по сути чувствовать, его эстетическую составляющую. А ее, как считает Джуссойты, сам окончивший осетинскую школу и до 7-го класса изучавшего все предметы на осетинском языке, кроме как в детстве научиться улавливать невозможно.

До 1970-х годов в Южной Осетии кроме русских существовали также осетинские и грузинские школы. С середины 1970-х в Цхинвале[4] были две грузинские школы, 1-я и 4-я. Осетинских школ в городе уже не было. По результатам опроса учителей Цхинвала, осетинских школ, как таковых, нет ни в городе, ни в районах.

Все чаще в обществе слышна критика по поводу того, что осетинскому языку не отводится должного внимания в системе образования Южной Осетии. В целом, анализ ситуации показывает, что картина не столь драматична, как часто представляется. Здесь речь идет не о самом состоянии языка, который пока не имеет тенденции изменений в лучшую сторону, а том, как организована система образования, преподавание осетинского языка, в каком формате и как реализуются образовательные программы.

В сельских школах уже третий год преподают по системе профессора Северо-Осетинского Научно-Исследовательского Института, Тамерлана Камболова. Это так называемая полилингвальная-поликультурная методика. Она разработана для школ, так называемых, малых народов. Методика была положительно принята в научном и преподавательском сообществе не только в России, но и на международном уровне, о чем свидетельствует грант ЮНЕСКО, который был выделен для внедрения методики Камболова. По словам специалистов, эта методика позволяет сохранять и развивать самобытность малых народностей в языковом отношении. На сегодняшний день, данная методика уже применяется практически по всему Северному Кавказу, начиная с Дагестана, Чечни и заканчивая Карачаево-Черкессией и Кабардино-Балкарией.

Интересно, что методика Каболова взята на вооружение также и в Татарстане, несмотря на то, что татарский язык принадлежит населению, которого нельзя назвать «малой народностью». Однако это указывает на эффективность метода в регионе, где есть проблемы с сохранением языка локального населения.

В чем же заключается привлекательность и эффективность этой методики? По словам учителей, все предметы в начальных классах преподаются на местном языке – в этом случае на осетинском – начиная с природоведения и заканчивая математикой. По сути, ребенок не просто изучает язык, но начинает познавать мир, на том языке, на котором ведется преподавание в начальных классах – цифры и счет, названия растений и животных, географическая терминология и топонимика и многое другое. В Южной Осетии в рамках преподавания этой методикой, существует также и учебник английского языка, без «посредника», осетино-английский. По мнению детских психологов и методологов в сфере преподавания в начальных классах, такой подход дает базовое знание языка, которое впоследствии, даже при условии долговременного отсутствия языковой практики и повторного прохождения предметов на другом – в данном случае на русском языке – не наносит ущерба знаниям осетинского языка. Эта методика, соответствует также и тезису академика Джуссойты о чувстве языка, которое возможно приобрести только в детском возрасте.

Однако, внедрение этой системы давалось непросто. Сторонники внедрения данной системы подвергались резкой критике, в том числе и со стороны коллег, обвинялись в желании использовать средства, выделяемые на новую методику в личных целях. Происходили так называемые родительские «бунты», подавались коллективные заявления, совершались походы в Министерство Образования. Родители выражали обеспокоенность, что их дети не смогут после прохождение курса обучения на осетинском языке и окончания школы сдать государственные экзамены или поступить в российские ВУЗы или даже в русскоязычный университет в Южной Осетии. В настоящее время Министерством Образования ведется информационная работа: специалисты министерства стараются убедить родителей в том, что ученики в средних и старших классах будут повторно проходить те же предметы и на русском языке, на более высоком уровне и, таким образом, проблем с поступлением в ВУЗы возникать не должно.

Обучение на осетинском языке тесно связано и с вопросом преподавания предмета истории Осетии. В данном случае даже оппоненты реподавания школьных предметов на осетинском языке сходятся во мнении, что этот предмет следует преподавать на осетинском и негодуют по поводу того, что именно история Осетии преподается на русском языке. Очень многие считают, что преподавание данного предмета на осетинском поможет также обогатить и сделать интереснее для учеников процесс изучения осетинского языка в целом.

Знание осетинского языка в грузинских селах еще один аспект сложной ситуации вокруг языка в Южной Осетии. Осетины, проживавшие до 2008 года в грузинских селах, редко владеют осетинским языком. Особенно это касается сел Ленингорского[5] района, находившегося до 2008 года в подчинении Грузии и переименованного в Ахалгорский район. Практически никаких программ по преподаванию осетинского языка в районе и самом Ленингоре не осуществлялось, несмотря на стратегию Грузии по созданию альтернативной Республики Южная Осетия в составе Грузии. За почти двадцать лет жители этого района потеряли навыки осетинского языка. Впоследствии же обучать взрослых оказалось сложно. С учениками младших классов дела в этом направлении обстоят легче. Для них была разработана специальная школьная программа по изучению осетинского языка. Важным отличием этой школьной программы является также изучение грузинского, как второго языка, а не русского, как это наблюдается в других районах Южной Осетии.

Власти Южной Осетии работают также над созданием условий для изучения грузинского языка для детей в грузинских селах и за пределами Ленингорского района. Это, прежде всего, некоторые села Знаурского[6] и Цхинвальского районов, села Дзауского[7] района, высокогорные отдаленные села Карзман[8] и Синагур[9], а также в других селах Ленингорского района. Ученики имеют возможность посещать грузинские школы, в которые часто приезжают учителя из Грузии. Пограничники пропускают этих учителей на границе. Эти школы используют учебники, изданные в Грузии, по всем предметам, кроме истории. В министерстве образовании Южной Осетии на данный момент подготавливается отредактированная версия Новейшей Истории Грузии. Редактированию и изменению подверглись те главы, в которых Россия и СССР представляются как «оккупанты» или «агрессоры». Чиновник Министерства образования во время интервью для данной статьи сообщил, что министерство работает над учебником истории Грузии для того, чтобы преобразовать его в соответствии с эпиграфом учебника истории Грузинской ССР, где цитируются слова Иванэ Джавахишвили, «Каждый народ должен знать историю своей общественной жизни без преувеличений и фальши». Однако, можно предположить что Грузия в новом учебнике будет выставлена не в лучшем свете.

В целом текущие проблемы в языковой политике в Южной Осетии связаны с наследием предыдущей эпохи. В годы советской власти, осетинский был не просто языком меньшинства, а квази-меньшинства, с соответствующим к нему отношением со стороны республиканского и союзного центров – Тбилиси и Москвы. Несмотря на изменение политического статуса Южной Осетии, отношение к осетинскому языку, как к языку «нацменьшинства» со стороны «старших братьев» не изменилось. Отсюда, в том числе возникают современные проблемы в сфере языковой политики в Южной Осетии.

Ситуация в Ленингоре/Ахалгори

В Ленингорском/Ахалгорском районе всего 11 школ. Из них – 6 грузинских школ, 5 – русских. Грузинские школы находятся в поселке Ленингор/Ахалгори и в селах Икот/и, Бол/и, Ахмадз/Ахмаджи, Коринта, Балаан/и. Русские же школы находятся: одна в поселке Ленингор/Ахалгори, остальные в селах Дзуканткари, Цинагар/и, Заккор/Захори и Орчосан/и.

С 1990 года до начала войны 2008 года, осетино-русская средняя школа и детский сад в селе Цинагар/и финансировались грузинским правительством. Однако с сентября 2008 года это финансирование прекратилось, несмотря на утвержденный бюджет. Возможно, данное решение было политически мотивировано тогдашними властями Грузии.

Министерство образования и науки Грузии снабжает грузинские школы учебниками, которые хранятся в школьных библиотеках. Пользуются ими по желанию. Учебная программа в грузинских школах составлена Министерством Образования Грузии. В русских школах снабжение учебников, а также составление учебной программы происходит Министерством Образования Южной Осетии.

В грузинских школах в основном учатся этнические грузины, а также осетины, планирующие получать высшее образование в Тбилиси. В свою очередь, грузины, ориентированные на получение высшего образование в Цхинвале/и или в России, выбирают учебу в русских школах.

Министерство Образования Грузии также финансирует учебные программы и зарплаты учителей во всех грузинских и в одной русской школе. В данном случае необходимо было обратиться с соответствующей просьбой к министерству.

Что касается других районов Южной Осетии, так до войны в Знаурском/Корниском районе существовала одна грузинская школа, которую финансировали власти Южной Осетии. Работает ли она сейчас или нет, к сожалению, выяснить не удалось.

После окончания учебы в грузинских школах Министерство Образования Южной Осетии выдает аттестат, официальное признание которого потом происходит в Тбилиси.

Школьные мероприятия в грузинских школах проходят на грузинском языке, а в русских на русском. В случае, если мероприятие районного масштаба, составляют смешанную программу на трех языках – грузинском, осетинском и русском. Примечательно, что в ходе предвыборной борьбы кандидаты или партии стараются обращаться к избирателям на грузинском языке.

До 2008 года в поселке Ленингор/Ахалгори существовала одна осетино-русская школа. Несмотря на то, что нужного количества учеников не хватало, по доброй воле властей Грузии она сохранила статус средней школы. Тем не менее, популяризации осетинского языка властями уделялось больше внимания до войны, чем сегодня.

Проблемы языка не являются исключительными для сферы образования и оказывают влияние также на другие области. Газет на грузинском языке не купишь в районе Ленингор/Ахалгори. Юго-осетинские власти думают выпустить газету на грузинском языке для жителей района. Будут печататься столичные новости, новости района а так же и переводы осетинских писателей. А так информацию получают в основном посредством грузинских телеканалов, которые доступны с помощью параболических антенн. И в Цхинвале/и можно наблюдать, как люди смотрят грузинские каналы или слушают грузинское радио в машинах. Удивляются и представители международных организаций, когда им выпадает редкая возможность встретиться на местах с простыми жителями, отмечая факт совместного мирного проживания грузин и осетин. А для жителей района это всего лишь часть их повседневной жизни. Ирина, родилась и выросла в поселке Ленингор/Ахалгори. Она не знает осетинского языка, так как родилась в смешанной семье. В их доме всегда говорили на грузинском. Несмотря на огромное желание ни в школе, ни за ее пределами у нее не было возможности выучить родной язык, так как не существовало курсов по изучению осетинского языка. Однако, ситуация в этом смысле не изменилась и сегодня. Несмотря на то, что осетинский язык в грузинских школах преподается, по мнению, детей и их родителей, обучение проходит спустя рукава. Так, например, ученики проходят осетинский язык по одному единственному учебнику, который не меняется на протяжении классов. И это не потому что нет необходимых учебников, а по той причине, что осетинские власти не уделяют этому вопросу должного внимания.

[1] 10 ноября 1989 года областной совет Юго-Осетинской Автономной Области отправил заявление в Верховный Совет Грузии с призывом превротить регион в автономную республику.

[2] На то время уровень знания осетинского языка насилением Южной Остии был выше чем в Северной Осетии.

[3] За годы Горской Автономной Советской Социалистической Республики, уже был переход от различных алфавитов, которые использовались в направлении единого латинского алфавита.

[4] Город называют Цхинвали в грузинской версии.

[5] Район и город называют Ахалгори в грузинской версии.

[6] Район называется Корниси в грузинской версии.

[7] Район называется Джава в грузинской версии.

[8] Село называется Карзмани в грузинской версии.

[9] Село называется Синагур в грузинской версии.



Leave a Comment

Comment